Мой сайт
Понедельник, 20.08.2018, 15:57
Приветствую Вас Гость | RSSГлавная | Регистрация | Вход
Меню сайта
Статистика

Онлайн всего: 1
Гостей: 1
Пользователей: 0
Главная » 2018 » Июль » 15 » "Коммерсантъ": Глава Shell Питер Возер о партнерах, шельфе и налоговых льготах
18:11
"Коммерсантъ": Глава Shell Питер Возер о партнерах, шельфе и налоговых льготах
После срыва сделки по стратегическому партнерству "Роснефти" и ВР многие мировые нефтегазовые концерны активизировали переговоры о том, чтобы заменить британскую компанию в этом альянсе. В конце мая самым перспективным кандидатом называлась Shell, но месяц назад она, наоборот, заключила соглашение о сотрудничестве с "Газпром нефтью". Как концерн собирается работать со структурами "Газпрома", о чем ведет переговоры с "Роснефтью" и почему выбирает в партнеры госкомпании, "Ъ" рассказал главный исполнительный директор Royal Dutch Shell plc ПИТЕР ВОЗЕР.
 
— Какое сотрудничество с "Газпром нефтью" предполагает соглашение, подписанное в рамках Петербургского экономического форума?
 
— Начало нашей совместной деятельности в этом направлении было положено в ноябре 2010 года, когда между концерном Shell и "Газпромом" был подписан протокол о глобальном стратегическом сотрудничестве. Он подразумевает расширение совместной деятельности на основе уже существующих проектов — "Сахалина-2" и группы Салымских месторождений в Западной Сибири. Возможны и другие проекты с "Газпромом" — как в России, так и в третьих странах. В рамках данного протокола у нас с "Газпромом" уже наблюдается неплохой прогресс. Подписанное на Петербургском форуме соглашение с "Газпром нефтью" о намерении создать совместное предприятие в Западной Сибири, а также в других регионах России и третьих странах — важный первый шаг по выполнению этого протокола. Говорить о конкретной конфигурации еще рано, однако, учитывая весьма положительный опыт совместной работы на Салыме, не исключу, что "Салым Петролеум" может стать важной частью новой совместной компании.
 
— Менеджмент Салыма прогнозировал, что в 2012 году начнется снижение добычи на проекте. Как вы в связи с этим планируете его дальнейшее развитие?
 
— Прежде всего отмечу, что в 2010 году по сравнению с 2009 годом объем добычи в рамках проекта вырос на 8% — и мы с "Газпром нефтью" очень довольны, как работает наше совместное предприятие. Как вы понимаете, любое нефтяное месторождение рано или поздно начинает истощаться. Сейчас я не хотел бы рассуждать, предполагать, когда это может случиться в нашем проекте и в каком объеме. Но когда это произойдет, то я думаю, что и у нас, и у "Газпром нефти" будут соответствующие технологии — например, по увеличению нефтеотдачи пластов, и я думаю, что применение этих передовых технологий позволит нам продлить срок службы месторождений.
 
— Вы встречались с главой "Роснефти" Эдуардом Худайнатовым. Обсуждалась ли возможность совместной работы на шельфе Арктики? Может быть, вы готовы занять место ВР в их несостоявшемся альянсе с "Роснефтью"?
 
— Да, у нас состоялась очень конструктивная встреча с вице-премьером Игорем Сечиным, на которой присутствовал Эдуард Худайнатов. На этой встрече речь шла об установлении масштабного партнерства для реализации различных проектов, в том числе в Арктике, и, возможно, совместных международных проектов. Я удовлетворен тем, как идут наши обсуждения по данным направлениям.
 
— Если вы договоритесь с "Роснефтью" о работе на шельфе в Арктике, то это не будет полностью такой же проект, какой они планировали с ВР? Речь об обмене акциями не идет?
 
— Могу подтвердить, что в рамках наших обсуждений речь не идет об обмене акциями. Речь идет об объединении усилий двух компаний в рамках отдельных проектов — как на территории России, так и за ее пределами.
 
— Есть ли у вас какие-то сроки или понимание того, когда вы можете прийти к соглашению с "Роснефтью"?
 
— На данный момент слишком рано говорить о каких-либо сроках.
 
— В мае вы встречались с Игорем Сечиным и обсуждали возможность вхождения Shell и российского партнера в зарубежные нефтеперерабатывающие проекты. О чем именно идет речь и может ли это быть, например, доля в перерабатывающих комплексах Shell, которые будут предложены российскому партнеру?
 
— В рамках наших обсуждений ведется речь о проектах — как в сегменте up stream (разведка и добыча), так и в сегменте down stream (переработка и сбыт). На данный момент говорить о чем-либо конкретном пока еще рано.
 
— Когда вы говорите о сотрудничестве с "Роснефтью", может ли также идти речь о совместной работе на Черном море? Интересует ли вас, например, Вал Шатского, от которого недавно отказалась Chevron?
 
— Нас интересуют проекты в России, где с выгодой для обеих компаний могут быть применены имеющиеся опыт и технологии — как "Роснефти", так и Shell. Shell является одним из мировых лидеров в области глубоководных и арктических проектов. Кроме этого, Shell занимает ведущие позиции в области геологоразведки в труднодоступных глубоководных регионах, но пока я не хочу говорить конкретно о каких-либо месторождениях.
 
— Планируя работу в России, вы не опасаетесь рисков повторения ситуации 2006 года, когда контроль в "Сахалине-2" пришлось отдать "Газпрому"? Или, например, повторения скандала с сорвавшимся альянсом "Роснефти" и ВР?
 
— Расширение деятельности Shell в России является частью общей долгосрочной стратегии развития концерна. Мы стремимся достигать этого в партнерстве с российскими компаниями, такими как "Газпром" в качестве нашего партнера, но данные переговоры касаются непосредственно "Газпрома" и ENI, тут я ничего не могу комментировать.
 
— Понятно, что переговоры не идут с вами, но, поскольку вы акционеры, такого не может быть, чтобы один акционер делал что-то без ведома другого...
 
— Переговоры проходят между "Газпромом" и ENI. Естественно, что между нами существует соглашение акционеров и там указаны определенные положения. Больше на данный момент я вам ничего сказать не могу.
 
— Если Shell начнет работать на российском шельфе, насколько важным для вас будет получение налоговых льгот?
 
— Естественно, мы надеемся, что наши потенциальные инвестиции в любой проект будут приносить определенную прибыль. В связи с этим, конечно, нам бы хотелось, чтобы наша потенциальная деятельность на российском шельфе проводилась в условиях такого юридического и налогового режима, при котором можно обеспечить возврат инвестиций. Естественно, что, для того чтобы можно было максимально эффективно и полезно применять все новейшие и последние технологии в рамках таких проектов, было бы хорошо, например, чтобы применялось налогообложение на прибыль, нежели чем налогообложение на выручку. Чтобы можно было наиболее эффективно и экономически выгодно разрабатывать труднодоступные залежи углеводородов — будь то шельфовые залежи, либо залежи высоковязкой, тяжелой нефти, конечно, было бы хорошо, если бы для этих проектов применялся соответствующий льготный режим налогообложения.
 
— Сейчас многие российские нефтяные компании интересуются газовыми месторождениями, приобретают лицензии на них или пытаются их получить. И российские эксперты говорят, что это правильный выбор, потому что у газа очень большие перспективы и многие нефтяные компании сейчас движутся в сторону добычи газа. Согласны ли вы с тем, что есть такая тенденция? И если да, то движется ли к такой тенденции Shell?
 
— Как раз именно фокус на газ, на газовые проекты и является частью стратегии концерна Shell в последние два десятилетия. Мы планируем с 2012 года добывать больше газа, чем нефти. По нашим расчетам, в долгосрочной перспективе газ будет иметь куда более важную роль и занимать более крупное место по сравнению с нефтью в топливной составляющей мировой энергетики. Кроме того, газ является тем ископаемым топливом, которое, наверное, наиболее приемлемо с точки зрения экологических характеристик. При его сжигании выделяется меньше CO2, чем при сжигании угля. Газ может сыграть очень хорошую роль для правительств различных стран, которые ставят своей целью достичь результатов в процессе борьбы с изменением климата. Кроме того, с точки зрения капитальных затрат газ является наиболее оптимальным видом топлива.
 
— Считаете ли вы при этом перспективной добычу сланцевого газа? С одной стороны, многие в него очень верят, с другой — некоторые говорят, что сланцевый газ очень не скоро сможет заменить обычный природный газ и для этого потребуются большие вложения и много лет...
 
— Я считаю, что наиболее перспективное будущее у сланцевого газа и любого другого газа из нетрадиционных источников в Северной Америке и Китае. Что касается проектов в Европе, то здесь дело пойдет сложнее и медленнее, поскольку в Европе очень высокая плотность населения и очень сложная процедура получения разрешительной документации. Если вы уже видите действительно какие-то последствия в развитии этого направления в Китае и Северной Америке в течение ближайших лет, то в Европе подобное развитие событий произойдет не раньше, чем в следующем десятилетии.
 
— Таким образом, в ближайшие 10-20 лет нам не стоит ожидать того, что природный газ будет очень сильно смещен сланцевым газом на европейском рынке?
 
— Не стоит.
 
Просмотров: 8 | Добавил: progpodsio1972 | Рейтинг: 0.0/0
Всего комментариев: 0
Вход на сайт
Поиск
Календарь
«  Июль 2018  »
ПнВтСрЧтПтСбВс
      1
2345678
9101112131415
16171819202122
23242526272829
3031
Архив записей
Друзья сайта
  • Чертежи
  • >
    Copyright MyCorp © 2018
    Бесплатный конструктор сайтов - uCoz